Проблема неразборчивого почерка врачей. Когда одно слово может стоить жизни

Введение

Хотя переход на электронные рецепты заметно сгладил проблему, рукописные назначения по‑прежнему несут угрозу для пациентов — из‑за плохой читаемости возрастает риск ошибок в лекарственной терапии.

«Даже мои собственные рукописные рецепты едва можно разобрать. Особенно остро проблема встаёт при оформлении сложных препаратов: тут каждая деталь — дозировка, состав, правила приёма — имеет принципиальное значение», — подчёркивает Аврора Герра‑Тапиа, доктор медицинских наук, медицинский директор Dermatólogas Guerra, профессор дерматологии Мадридского университета Комплутенсе (Испания), бывший заведующий отделением дерматологии университетской больницы 12 de Octubre в Мадриде.

 «Уже давно отдаю себе отчёт, что почерк у меня неидеальный — тот самый „врачебный“, — добавляет коллега. — Стараюсь его подтянуть, но задача непростая. А важность понятных записей для тех, кто получает лечение, мы обязаны держать в голове постоянно».

В пример можно привести назначение препарата миноксидила. На первых этапах назначения перорального миноксидила в качестве лекарственного препарата, изготавливаемого по индивидуальному рецепту, рукописные назначения порой приводили к серьёзным ошибкам в дозировании, поскольку фармацевтам не удавалось корректно распознать предписанную концентрацию.

«Дозировки варьируются от 0,5 до 5 мг на капсулу», — отмечает Аврора Герра Тапиа . «Я помню несколько случаев, когда у пациентов возникали выраженные побочные эффекты из‑за того, что провизор не смог правильно расшифровать почерк врача. В одном особенно тяжёлом случае вместо 1 мг на капсулу была приготовлена доза 1 г. Это наглядно демонстрирует, насколько критична читаемость рецептурных записей».

Что говорят исследования о врачебном почерке

Ещё в 1976 году в работе Голдсмита показали, что почерк врачей зачастую хуже поддаётся прочтению, чем почерк специалистов из других сфер. В этом исследовании сравнивали, насколько разборчиво пишут медики и представители иных профессий. Для каждого участника провели оценку почерка и выполнили четыре разных статистических теста — и во всех случаях врачи уступали по читаемости записей.

Похожие выводы сделали и испанские исследователи. В публикации 2002 года проанализировали рукописные медицинские отчёты в одной из национальных больниц. Выяснилось, что 15% документов оказались частично или полностью нечитаемыми. Пусть цифра и не выглядит пугающей, учёные считают, что таких ситуаций можно избежать — для этого достаточно перейти на систему, где не нужны рукописные рецепты. При этом хуже всего читались записи хирургов.

В обзоре 2014 года, который вышел в журнале «Journal of Osteoporosis and Mineral Metabolism», собрали данные разных экспериментов с 1960‑х годов — все они так или иначе касались устоявшегося мнения о том, что врачебный почерк трудно разобрать.

При этом есть и другие работы, которые ставят этот стереотип под сомнение. В одном из исследований предположили, что «плохой почерк врачей» — скорее статистический миф. Специалисты оценили почерк сотен человек из разных профессий и пришли к выводу, что врачи пишут не хуже и не лучше остальных.

Есть и ещё один эксперимент: 20 участников из семи разных профессий — в том числе врачи, юристы, инженеры и другие — должны были за 17 секунд написать одно и то же предложение. В итоге почерк медиков не выделялся ни в лучшую, ни в худшую сторону. Правда, выборка была совсем небольшой, да и сам факт участия в исследовании мог повлиять на старательность: люди наверняка старались писать аккуратнее.

Когда фармацевты не могут разобрать рецепт

Проблема расшифровки рукописных назначений до сих пор нередко возникает в работе провизоров. Если провизор не может разобрать, что написано в рецепте, он прежде всего старается сориентироваться с опорой на клиническое мышление: ищет подсказки, которые помогут понять, какой именно препарат имел в виду врач. Если этого недостаточно, фармацевт советуется с коллегами — поэтому бывает, что над одним рецептом склоняются сразу двое или трое специалистов. А если и совместными усилиями не удаётся установить назначение, самый верный шаг — связаться с лечащим врачом. Так удаётся избежать ошибок, когда препараты путают из‑за похожих названий или написания.

Когда даже врач не может расшифровать свой почерк

Если фармацевты ещё как-то справляются с чужим почерком, то что делать, когда врач сам уже не может прочитать то, что написал?

Медсестра Наталья в один из периодов жизни работала в архиве больницы, где хранится много различной документации на протяжении многих лет. Например, срок хранения амбулаторной медицинской карты пациента на бумажном носителе составляет 25 лет. Время от времени Наталье надо было делать выписки из амбулаторных карт по требованию прокуратуры. В большинстве случаев трудностей не возникало, так как Наталья работала на приёме у разных врачей и медицинский почерк вполне понимала. Если что-то не могла разобрать, шла с картой к врачу, который делал запись, за расшифровкой. Большинство врачей расшифровывали, кроме травматолога из нашей поликлиники. Наталья рассказывала:

— Подхожу к ней и спрашиваю, что тут написано? А она в ответ: «Да откуда же я знаю? Столько лет прошло! Ты ...